Депутаты вновь не утвердили проект о профилактике наркозависимости

306  0

Законопроект о профилактике зависимости от наркотических средств и психоактивных веществ депутаты ЖК вновь отложили на радость наркомафии, одобрив тем самым ее преступные деяния.

Иначе трудно расценить то, что происходило во время последнего рассмотрения законопроекта в парламенте. По словам координатора Евросоюза по предотвращению распространения наркотиков в Центральной Азии Александра Зеличенко, над документом словно висит какой–то рок: с 2006 года его обсуждают, но никак не могут принять. Депутаты прежнего созыва уже готовы были подписать этот важный и касающийся абсолютно нас всех закон - своего рода план действий по профилактике и борьбе с наркотиками на государственном уровне, но грянул апрель 2010–го. Нынешние депутаты, занятые бредовой идеей перераспределения средств, поступаемых от Кумтора, явно недооценивают масштабы героиновой трагедии для страны. Наркодельцы тем временем активно подсаживают на иглу нашу молодежь. Народоизбранники же, похоже, не хотят вступать с ними в схватку, вникнуть в эту проблему, которая, пожалуй, будет поважнее всех денег Кумтора.

Помнится, два года назад на Иссык–Куле прошли парламентские слушания по этому законопроекту. Не знаю, как другие их участники, но журналисты были в шоке от того, какие наивные вопросы задавали депутаты, приехавшие обсуждать один из важнейших для страны документов. Было такое ощущение, что они прибыли сюда поболтать о том, о сем и отдохнуть.

Прошло ровно два года, но в сознании многих избранников народа появились новые фобии: принятие закона якобы позволит фармфирмам беспрепятственно завозить в страну метадон, торговать им. Иными словами, он зальет страну и все потянутся к метадоновому стаканчику, мол, начнется еще более мощная наркотизация страны. Таковы основные мотивы, из–за которых отложили неизвестно до какого времени рассмотрение, повторяю, столь нужного и важного для страны документа.

- Этот законопроект мы разрабатывали много лет, он прошел все мыслимые и немыслимые международные экспертизы, даже Евросоюз и ООН рассматривали его. Документ признан соответствующим реалиям сегодняшнего дня, в его основу положены лучшие образцы борьбы с наркотиками, которые сейчас существуют в мире, и не только на Западе. Поверьте мне. В этом документе нет ни одного слова о метадоне. В нем идет речь о профилактике наркотизма, особенно первичной, то есть о работе с теми, кто еще не начал употреблять наркотики, - говорит Александр Зеличенко.

- На Западе ею пронизана вся жизнь социума, в детских садах ребятишкам начинают говорить о вреде наркотиков. Я являюсь международным экспертом в этой области и хорошо знаю, где и как борются с наркотиками. Ребенку в детсаду дают краски и бумагу и просят изобразить, как он относится к наркотикам. И он рисует то, каким он видит мир, каким он себе его представляет. А далее с детьми работают психологи. Профилактика продолжается в школах, высших учебных заведениях, даже в армии. Везде - на каждом отрезке взросления молодого человека - проводится такая работа, - рассказывает Зеличенко.

- Кыргызстан, можно сказать, идет впереди стран Центральной Азии по внедрению различных программ снижения вреда и спроса на наркотики. Но в стране не проводится первичная профилактика с теми, кто не потребляет наркотики или потребляет их эпизодически. Одноразовые лекции с родителями или их детьми в школах отдачи не приносят. Необходим комплекс мер для первичной профилактики. Поэтому мы решили законодательно установить ее рамки. Проводили массу парламентских слушаний, приглашали на них международных экспертов, организовывали для неравнодушных к проблеме депутатов поездки в другие страны, чтобы они могли своими глазами убедиться, как там борются с наркотиками. Но, к сожалению, на последнем обсуждении законопроекта нашлись депутаты, которые все вновь свели к метадону, к его доставке, хотя о нем, повторяю, нет ни слова в этом документе. С нами, разработчиками закона, парламентарии даже не захотели встретиться, выслушать наши доводы, - продолжает Александр Зеличенко.

Но если уж говорить о заместительной терапии метадоном, то эта методика используется в десятках стран мира. А вот у нас, считают депутаты, нельзя. Дескать, Запад нам не указ. Мы страна, хоть и светская, но тем не менее мусульманская, считают нардепы. А потому, дескать, не будем подтачивать мусульманские начала. Некоторым из них предложили съездить в Китай и Иран, где активно работает программа заместительной терапии метадоном. И это в странах, где за хранение наркотиков применяется смертная казнь! Но тем не менее там лечат наркозависимых, применяют эту терапию. В Китае миллионы людей, которые хотят слезть с иглы, состоят в этой программе. По словам Зеличенко, депутаты были страшно удивлены, когда в пункте выдачи метадона в Гонконге они увидели женщину, которая впервые пришла туда более сорока лет назад. Она свела дозу метадона до минимума, но совсем отказаться боится чисто психологически. "А вдруг, - говорит она, - меня снова потянет на героин. Я этого боюсь. Я воспитала хороших детей, у меня есть внуки. И я не хочу возвращаться в тот ад, в котором жила сорок лет назад".

Даже в Малайзии, где очень сильны мусульманские устои, в центральной столичной мечети работает программа заместительной терапии метадоном, и очень успешно. Выстраиваются в очередь сотни наркозависимых со всего многомиллионного города, чтобы утром получить дозу метадона и дальше бежать на работу, учебу и так далее. Метадон не вызывает эйфории, у человека после него остается трезвая голова и нет ломки. Верующие поначалу относились к идее раздавать метадон в мечети неоднозначно. Но имам сказал, что они должны быть милосердны к этим людям и помогать им. И теперь к этому относятся совершенно спокойно.

Ирина Пугачева, руководитель общественного фонда "Альтернатива в наркологии":

- Мы очень тесно работаем с участниками программы заместительной терапии. И постоянно они спрашивают, не закроют ли эту программу, потому что люди боятся вернуться к героиновому прошлому. Они сейчас стали обычными людьми - работают, восстановили семьи, женятся, рожают детей, учатся. И помогает им в этом заместительная терапия метадоном. И эти нападки на программу вызывают у людей тревогу и даже страх. Говорить нет заместительной терапии, нападать на законопроект могут люди, которые никогда не сталкивались с проблемой наркотиков. Наркозависимые - это больные люди, которым надо помогать, лечить их. Есть разные способы, метадоновая терапия - один из них. Предложите другой, господа депутаты, коль не принимаете этот. Может, он действительно будет лучше. Отсрочка принятия закона погубила уже не одну молодую душу, которую можно было спасти от иглы.

Мы же потребляющих наркотики сделали изгоями, загнали их на самое дно, с которого им без поддержки близких, друзей, а главное - государства, не подняться. И очередное нет законопроекту - тому подтверждение. Это не государственный подход к решению проблемы, на которую машут пока рукой, мол, не до каких–то там наркоманов, когда в стране такое творится. Количество же наркозависимых растет, а стало быть, и уровень преступности, смертности в стране, количество ВИЧ–инфицированных, больных туберкулезом, гепатитами, рушатся семьи, жизнь в них, где есть наркоман, превращается в ад. И было бы очень разумно в Год семьи, сохранения мира, взаимопонимания, объявленный президентом, принять этот закон, ориентированный прежде всего на первичную профилактику наркотизма.

Методы же реабилитации наркозависимых могут быть самыми разными. И вовсе не обязательно, что это будет заместительная терапия метадоном. Не принимая этот метод реабилизации, депутаты ничего взамен не предлагают, уперлись, как говорится, рогом: нет, и все. Может, не случайно в обществе говорят, что некоторые из них имеют самое непосредственное отношение к распространению наркотиков. Иначе как объяснить такое прямо–таки агрессивное сопротивление законопроекту. И что примечательно, отвергая его в том виде, в каком он сейчас, никто из несогласных с ним парламентариев не предлагает альтернатив борьбы с наркотиками, как будто нет в стране этой страшной проблемы.

- Опасения же нардепов относительно того, что, приняв закон, они тем самым якобы легализуют наркотики, что будет их переизбыток, абсолютно беспочвенны. Программе заместительной терапии в Кыргызстане - уже десять лет. И как была тысяча клиентов на метадоне в самом начале, столько их и сейчас. Мы прекрасно понимаем, что метадон - это не панацея и нельзя всем его давать. А только тем, кто действительно нуждается в этом лечении, кто прошел, можно сказать, все круги ада, перепробовав все способы отказа от наркотиков, кто очень хочет бросить их употреблять, - поясняет Александр Зеличенко.

- Человек обязательно должен состоять на учете в наркодиспансере, пройти другие программы, реабилитацию. И если не получилось, то тогда его могут взять на заместительную терапию, то есть, как правильно сказал Александр Зеличенко, пройти семь кругов ада, - добавляет руководитель общественного фонда "Альтернатива в наркологии" Ирина Пугачева.

Критерии отбора на нее очень строгие. Однако при необходимости их можно даже пересмотреть. Но для депутатов этот законопроект, что красная тряпка для быка. И от слова "метадон", судя по обсуждению законопроекта, некоторые из его противников заводятся с пол–оборота, хотя этот наркотик не вызывает эйфории и возбуждения.

-Заместительная терапия метадоном - это же не просто выдача стаканчика метадона, который человек выпил и ушел. Нет, каждого наркозависимого учат жить по–другому, без наркотиков. С ними работает психолог. А что те, кто выступает против, могут предложить взамен? - спрашивает представитель Ассоциации сети снижения вреда Мадина Токомбаева.

- Думаю, только тюрьму, - ответил Александр Зеличенко.

- Но и в тюрьме работает программа заместительной терапии метадоном, - подхватил независимый эксперт Жакшылык Токтосунов. - Когда мы только собирались ее внедрять, у всех были, простите, квадратные глаза: метадон в тюрьме? Где это видано, чтобы заключенным выдавать наркотик? Свозили сомневающихся в Испанию, Германию, Китай, где открыты метадоновые пункты в колониях. Мы последовали их примеру. И никто не может сейчас сказать, что наркоманов в зоне стало больше, наоборот, у заключенных, которые хотели избавиться от наркозависимости, появилась возможность это сделать. Более того, даже сами заключенные, которые сидят в колониях строгого режима, просят внедрить эту программу у них. В целях профилактики ВИЧ/СПИДа ее надо расширять. Раньше говорили, что ВИЧ/СПИДа в тюремной системе нет, а когда начали обследовать, выяснилось, что он не только есть, но и наблюдается его рост. В 2010 году ВИЧ–инфицированных в зонах было 238, в 2011–м - уже около трехсот, в этом году, думаю, будет еще больше.

- Вероятно, у многих может возникнуть вопрос: почему именно метадон применяется в качестве заместительной терапии? Да потому, что эффективность его, как показывает практика, выше по сравнению с другими терапевтическими моделями, а стоимость ниже, - поясняет исполнительный директор Центральноазиатского учебно–информационного центра снижения вреда Бонивур Ишемкулов.

- И ни одна частная фирма не сможет завозить метадон в нашу страну и в любую другую тоже, - продолжил разговор Александр Зеличенко. - Все эти обвинения, опасения абсолютно беспочвенны. Потому что метадон находится под международным контролем. Он входит в списки, которые утверждены Организацией Объединенных Наций, где есть Комитет по контролю наркотиков. И никакая фирма не сможет привозить его к нам. На каждую страну строго рассчитывается квота, в том числе и на нашу, причем ежегодно. Идет далее запрос в Международный комитет в Вену, что такой–то стране нужно столько–то метадона. И только по этому запросу, по официальным каналам каждая из стран, где работает программа заместительной терапии, получит то количество метадона, которое ей выделено. Если у нас тысяча человек находится на заместительной терапии метадоном, то именно на тысячу человек его и выделят стране.

- Осуществляется очень мощный контроль за производством этого наркотика. И разговоры депутатов о том, что на Западе - переизбыток метадона и там не знают, куда его деть, а потому, дескать, сплавляют его нам - несусветная глупость, - говорит Зеличенко. - И я удивляюсь, что депутаты не знают таких элементарных вещей, а берутся обсуждать законопроект.

- За десять лет, что существует программа, не было ни одного случая нелегального завоза метадона, потому что это невозможно, не было и случаев торговли им, чего опять–таки опасаются депутаты. Но кому он нужен, когда у нас в стране столько героина, когда одна его доза стоит, как четыре бутылки пива? Кто станет покупать метадон, который не вызывает кайфа? - поясняет Александр Зеличенко.

...А в зале сидела и плакала женщина - мать, сын которой подсел на иглу, учась в престижном вузе на не менее престижном факультете. И вся жизнь его и семьи пошла кувырком. Он уносил из дома вещи, деньги, чтобы купить дозу героина. "Для меня, для него самого, всех близких это был ад. Спасает его только заместительная терапия метадоном", - сказала она.

Комментарии
Комментарии от анонимных пользователей появляются на сайте только после проверки модератором. Если вы хотите, чтобы ваш комментарий был опубликован сразу, то авторизуйтесь
Правила комментирования
На нашем сайте нельзя:
  • нецензурно выражаться
  • публиковать оскорбления в чей-либо адрес, в том числе комментаторов
  • угрожать явно или неявно любому лицу, в том числе "встретиться, чтобы поговорить"
  • публиковать компромат без готовности предоставить доказательства или свидетельские показания
  • публиковать комментарии, противоречащие законодательству КР
  • публиковать комментарии в транслите
  • выделять комментарии заглавным шрифтом
  • публиковать оскорбительные комментарии, связанные с национальной принадлежностью, вероисповеданием
  • писать под одной новостью комментарии под разными никами
  • запрещается использовать в качестве ников слова "ВБ", "Вечерний Бишкек", "Вечерка" и другие словосочетания, указывающие на то, что комментатор высказывается от имени интернет-редакции
  • размещать комментарии, не связанные по смыслу с темой материала
НАВЕРХ  
НАЗАД