Революции в стане Фемиды не будет

374  0
Ольга Дядюченко

Революции в стане Фемиды не будет

Сейчас, когда несколько улеглись страсти и скандалы, сопровождавшие первый тур конкурсного отбора в Верховный суд, пришло время сделать некоторые выводы. И хотя на этом этапе соревновались в основном документы и биографические данные претендентов, общая картина в основном прояснилась.

К великому разочарованию различных постапрельских движений и партий, разного рода люстраторов, сегодня можно уже с уверенностью сказать: никакой революции в судебной системе не будет. Не получится, как, к примеру, у господина Бекназарова, прийти, помахать бумажкой с надписью "декрет" и разогнать суды республики. А на их место посадить своих людей, которые и будут творить справедливость в специфическом понимании. По ходу дела выяснилось, что абсолютно новых судей и взять–то негде, а с другой планеты они не прилетят. И как бы ни вопили, ни возмущались апрельские герои, с криками "за что боролись?", отменить Конституцию и законы, в строгом соответствии с которыми проводится нынешний отбор судей, они уже не смогут. Ко второму туру допущены 72 претендента и большинство из них - действующие служители Фемиды. Разбилась вдребезги и еще одна революционная надежда, что Совет по отбору судей отсеет судей–коррупционеров по наличию у них особняков и дорогих машин, понятно, купленных на взятки. Увы и ах! Ни одного доказательства (списки претендентов были обнародованы заранее), хоть какого–нибудь, либо в виде фотографий или документов, подтверждающих несметные незаконные богатства служителей Фемиды, совет не получил. Мы попросили Шамарала Майчиева, председателя Совета по отбору судей, поделиться с читателями "ВБ" своей точкой зрения на то, что происходит на конкурсе и вокруг него.

- Шамарал Юсупович, как вы сами оцениваете эту первую ступень к креслам Верховного суда, на которую поднялся новый корпус кыргызской Фемиды?

- Вы знаете, у Совета по отбору судей было время хорошо подготовиться к конкурсу. Самое главное, мы определили так называемый профиль судьи. Каким должен быть судья вообще? Какие у него должны быть функции, личностные качества? На основании этого выработали критерии отбора. Если в прошлом году голосовали каждый по своему личному убеждению, на уровне понятий "хороший–плохой", "достойный–недостойный", "грамотный–неграмотный", то в этом году работаем по конкретным индикаторам, выставляем баллы, характеризующие претендентов.

И в принципе лично я первым туром доволен. Он прошел максимально открыто, гласно. Если возникнут вопросы по любому претенденту, мы можем поднять документы, посмотреть, почему он получил столько баллов. Например, судья, у которого нет наград, не участвует в нормотворческой деятельности, не преподает, нет публикаций или ученого звания - сразу 5 баллов минус.

А другой - у которого все это есть -выходит вперед. Поэтому в целом судебный корпус получает стимул для повышения профессионального уровня.

- Вы не боитесь, если кандидаты будут отсеиваться с такой скоростью и в таком количестве после каждого тура, у вас просто не наберется состав Верховного суда? (Как известно, 35 человек.)

- Действительно, на сегодняшний день из 92 первоначально обратившихся с заявлениями на участие в конкурсе остались 72 претендента, 20 человек отказались от борьбы по разным причинам: 16 сами отозвали заявления, четверых совет не допустил к первому туру.

- Шамарал Юсупович, вы сказали, что вас не интересует, и совет не будет выяснять, почему претенденты вдруг отказываются от участия в конкурсе, тогда как только недавно горели желанием сделать это. Многим другим, напротив, очень интересны мотивы отказа. Может быть, их заставили это сделать или обнаружился компромат, боязнь огласки которого вынудила некоторых просто убежать. Служители Фемиды - настолько закрытая каста, что для, как говорится, широкой общественности такая информация крайне любопытна.

- Я, например, ничего не знаю о тех мотивах, которые вы перечислили. Никаких официальных заявлений по этому поводу в Совет по отбору судей не поступало.

И потом, большая часть судейского корпуса не изъявила желания работать в Верховном суде - что же, у всех спрашивать почему? Каждый сам определяет: идти - не идти, насколько велико желание и есть ли реальные личностные ресурсы. Может быть, эти претенденты, увидев, кто и как проходит отбор, решили, что они еще не готовы. Это нормальный процесс. Ничего компрометирующего в этом нет.

Есть еще один, объясняющий большое количество "отказников" нюанс: все они могут вновь подать на повторный конкурс, если мы будем вынуждены его объявить.

- Так, значит, вы все–таки не исключаете вероятность того, что вам не хватит оставшихся кандидатов для полноценного отбора? Значит, недаром общественность трубит о том, что маловато оказалось желающих стать судьей ВС. Как вы будете выходить из положения - снизите требования?

- Нет, конечно. Мы готовы к любому повороту событий. К концу третьего тура может оказаться, что 35 кандидатов и не наберется. Так это же еще не все - президент страны может "зарубить" каких–либо фигурантов, Жогорку Кенеш кого–то не утвердит. И тогда мы снова объявим конкурсный отбор. Те, кто отказался до начала второго тура, еще смогут принять участие в нем. А те претенденты, которые не наберут необходимого количества баллов и сойдут с дистанции после второго тура - уже выбывают из конкурсной борьбы за кресла Верховного суда на целый год.

- Да уж, не уверенным в себе было над чем подумать. Зато слишком уверенные действовали без сомнений. Так, несмотря ни на что, прорвался ко второму туру бывший заместитель председателя Верховного суда Кубанычбек Момбеков. Шамарал Юсупович, что на самом деле произошло при голосовании за этого претендента?

- Я хотел бы подчеркнуть следующее - практически за всех претендентов члены совета голосовали единогласно. Только по двум кандидатам были единичные "против". Но по Момбекову, это был первый случай, когда более одиннадцати человек сказали "нет".

По законодательству нашим уполномоченным органом является секретариат, и он подсчитал: "за" проголосовали 13, 11 - "против". Но когда были вывешены списки, выяснилось, что Айжамал Ажибраимова голосовала против, а ее посчитали, как "за". Она немедленно об этом заявила, и все это подтвердили. Что делать? Я, как председатель, не мог скрыть такое обстоятельство, кулуарно замять, поэтому вопрос поднял на общее обсуждение. Но при этом почему–то все подумали, что я хочу провести переголосование для того, чтобы не допустить Момбекова ко второму туру. В результате бурной дискуссии, поскольку совет разделился на два непримиримых лагеря, пришли к следующему. Работники секретариата настаивали на том, что было одиннадцать "против", хотя общественные наблюдатели, тоже считавшие, подтвердили: было двенадцать. Когда равное число голосов, вопрос решается по–другому. Тем более что позже еще один член совета сказал, что голосовал против.

В конце концов решили оставить это дело как есть. Во–первых, чтобы не создавать прецедент переголосования. Во–вторых, во втором туре, и это мы четко определили, не секретариат будет считать, а специально созданная счетная комиссия, причем поименно.

Я еще раз хочу подчеркнуть: мы должны во всем придерживаться основного принципа работы - прозрачности и ясности. И главное в этом смысле произойдет во время третьего этапа конкурса - вот тогда будет действительно голосование, когда члены совета смогут осознанно, исходя из внутреннего убеждения и конкретных данных, проголосовать за того или иного кандидата.

- Все это замечательно, но всем показалось странным, что (исключая случай с Момбековым) члены совета послушно поднимали руки за всех претендентов. И самые большие баллы оказались у двоих чиновников из аппарата президента и парламента. Лидером балльной гонки стал эксперт аппарата Жогорку Кенеша Эсенканов Качыке (17,54), следом за ним идет Анарбек Исмаилов - завотделом правового обеспечения аппарата президента (15,67). У всех остальных намного меньше. Это что, прогиб перед президентом и парламентом?

- В том–то и особенность нынешнего конкурса, что мы можем отчитаться за каждый балл. Вот вы подчеркиваете, что они представители таких–то структур. А мы смотрим только на их личностные качества. К примеру, у Качыке Эсенканова большой стаж судейской работы, он был членом Конституционного суда, заместителем министра юстиции, разрабатывает учебные пособия, активно участвует в нормотворческой деятельности, преподает, имеет правительственные награды. Как мы можем выйти за рамки разработанной для всех шкалы начисления баллов? По безупречности поведения - у него ни одной жалобы. То же самое Анарбек Исмаилов.

И вообще после второго тура во избежание подобных разговоров будут обнародованы списки членов Совета по отбору судей с данными, кто как из них голосовал. Причем итоговый результат будет не только на бумаге, но и в электронной версии.

- Ну а так, неофициально, Шамарал Юсупович, вам понравился новый состав Верховного суда?

- Нового состава, и я неоднократно говорил об этом, не будет. Все они - бывшие и действующие судьи. Законодатели так и не смогли придумать, как, оставаясь в рамках правового поля и Конституции, дать возможность участвовать в конкурсе людям со стороны. Единственное чего мы добьемся, - существенного омоложения и изменения состава за счет представителей местных судов республики. У них появился шанс попасть в Верховный суд раньше срока и вне установленных процедур.

Они теперь знают о судьях все

Одним из достижений нового модернизированного варианта механизма отбора председатель Совета по отбору судей полагает появление досье на каждого судью. Он считает это средством повышения уровня судебной реформы.

- До сего дня по кандидатам никаких "историй" не оставалось, это было очень плохо, - говорит Шамарал Юсупович, - сейчас мы имеем разработанную нами анкету, в которой заложена обширная информация о претенденте на должность судьи. Он сам о себе сообщает все необходимые сведения, которые потом проверяют выборщики. В именную папку складываются также декларации о доходах, ответы запрашиваемых ведомств и т.д. Это становится бесценной базой данных на судей, которой у нас раньше не было.

вместо комментария

Напомним, экс–заместитель председателя Верховного суда Кубанычбек Момбеков был отстранен от должности на основании решения Совета судей. Момбеков - первый и единственный пока верховный служитель Фемиды, которого доказательно обвинили в том, что он давал указания другим судьям принимать неправосудные решения как в собственных интересах, так и по указанию бакиевского клана. Даже было возбуждено уголовное дело по статье 317 УК КР "Воспрепятствование правосудию". Однако господин Момбеков вину свою признавать категорически отказался и принял определенные шаги для своей реабилитации. В результате, вопреки всему и вся, Жогорку Кенеш принял решение восстановить его в должности. Именно это дало право Момбекову участвовать в конкурсе.

Комментарии
Комментарии от анонимных пользователей появляются на сайте только после проверки модератором. Если вы хотите, чтобы ваш комментарий был опубликован сразу, то авторизуйтесь
Правила комментирования
На нашем сайте нельзя:
  • нецензурно выражаться
  • публиковать оскорбления в чей-либо адрес, в том числе комментаторов
  • угрожать явно или неявно любому лицу, в том числе "встретиться, чтобы поговорить"
  • публиковать компромат без готовности предоставить доказательства или свидетельские показания
  • публиковать комментарии, противоречащие законодательству КР
  • публиковать комментарии в транслите
  • выделять комментарии заглавным шрифтом
  • публиковать оскорбительные комментарии, связанные с национальной принадлежностью, вероисповеданием
  • писать под одной новостью комментарии под разными никами
  • запрещается использовать в качестве ников слова "ВБ", "Вечерний Бишкек", "Вечерка" и другие словосочетания, указывающие на то, что комментатор высказывается от имени интернет-редакции
  • размещать комментарии, не связанные по смыслу с темой материала
НАВЕРХ  
НАЗАД