Смерть рядового Тажиматова

387  3

Смерть рядового Тажиматова

- Cегодня было бы три месяца (разговор состоялся 8 августа. - Авт.), как мы проводили нашего Байысбека служить в армию. И пятнадцать дней, как его убили в воинской части Госкомитета национальной безопасности. Я никогда не поверю, чтобы мой абсолютно здоровый сын мог утонуть в бассейне на территории части. Он даже переплывал туда–обратно реку Нарын, - говорит Гульнара, мать рядового Байысбека Тажиматова, погибшего 24 июля при весьма странных обстоятельствах. - Мы пришли к вам в "Вечерку", чтобы добиться правды, потому что в одиночку никогда ее не узнаем. Бороться с таким монстром, как ГКНБ, сами понимаете, бесполезно. Может, эта правда спасет других парней от издевательств и мучений, которые они терпят в армии, - добавила Гульнара, которая, похоже, еще не отошла от обрушившегося на нее горя.

Мы отправились в воинскую часть ГКНБ, где рядовой Тажиматов прослужил всего–то два с половиной месяца. Минут через двадцать появились два офицера. По их словам, они ничего комментировать не имеют права, а командир части - в госкомитете, и вообще ответы на все вопросы по этому случаю мы можем получить только в пресс–службе ведомства. Там нам сообщили, что вечером 24 июля с разрешения командира под наблюдением сержанта и двух спасателей солдаты купались в бассейне, который находится на территории части. Рядовому Тажиматову стало плохо с сердцем, у него случились судороги, он ушел под воду. Сослуживцы вытащили Байысбека, начали делать прямой массаж сердца, но безуспешно. Парня повезли в городскую клиническую больницу № 1, где ему, как заверили в пресс–службе, 15 минут оказывали реанимационную помощь. Но спасти Байысбека не удалось, врачи констатировали смерть от острой сердечно–сосудистой и дыхательной недостаточности. Служебное расследование по факту смерти солдата пока еще не завершено. Военная прокуратура расследует уголовное дело.

Но, уже, судя по сказанному, понятно, что отцы–командиры могут отделаться легким испугом: дескать, несчастный случай.

Гульнара, по ее словам, была самой счастливой женщиной на свете: ее Байысбека определили в считающуюся элитной воинскую часть Госкомитета нацбезопасности. А самое главное - она находится буквально в ста метрах от дома.

- И как мне сейчас больно глядеть на этот забор и осознавать, какие муки и издевательства терпел мой сын, а я была рядом и не могла помочь, - терзает себя сейчас Гульнара. - Зачем мы вообще отпустили его служить?

Но Байысбек рвался в армию. Очень радовался, когда прошел две медкомиссии, признавших, что он здоров и годен к службе.

- Мам, я у тебя без пяти минут солдат. А потом отслужу как надо и женюсь, - говорил он мне со смехом. Он вообще был очень жизнерадостным, общительным. У него много хороших друзей, девушка была, - Гульнара в который раз спотыкается на слове "был".

Она протягивает мне фотографии, сделанные во время присяги. На них Байысбек - высокий, подтянутый, волевой, такими сыновьями должна гордиться Родина–мать. Но она не только не гордится, но и не бережет их. Не могу пока сказать "убивает", поскольку в причинах смерти разбираются следователи Военной прокуратуры и не вынесли своего заключения судмедэксперты. Но и в версию гибели солдата, озвученную ГКНБ, тоже очень слабо верится.

Его сердце работало как часы еще два месяца назад, и вдруг острая сердечная недостаточность! Что могло ее спровоцировать, если по всем медицинским заключениям парень был здоров? И усомниться в них нет оснований. Почему сразу после случившегося в часть не вызвали реанимационную бригаду "скорой", а повезли Байысбека в больницу на частных белых "Жигулях"? И привезли туда его труп. Пульс, давление у Байысбека отсутствовали, сердце остановилось, зрачки были расширены - так значится в больничных документах. Как пояснили врачи, расширенные зрачки свидетельствуют о том, что начался отек мозга, а, по сути, его смерть. Надеясь на чудо, они все–таки попытались реанимировать Байысбека. Но чуда не случилось: трупы не оживают. Не исключено, что солдат умер еще в части, а "скорую" просто побоялись вызвать: реаниматологи могли заподозрить, чем был вызван сердечный приступ у здорового парня.

- Мы приехали в больницу часов в девять вечера. Сын лежал на кушетке полностью закрытый простыней. Я откинула ее: лицо Байысбека было в синяках. Помню, умоляла врача сделать что–нибудь. Он мне ответил, что ничего невозможно сделать, сына доставили к ним уже мертвым.

По словам матери, на следующий день из морга привезли забальзамированное тело сына, уже одетого в воинскую форму, которую передали из части.

- Мы раздели и осмотрели тело сына. Оно было все в синяках, особенно большие - на плечах. Откуда они появились, если, как нам сказали, у него случился приступ и он наглотался воды? Мы так думаем, что приступ случился, когда издевались над Байысбеком: держали его за плечи и топили в бассейне. Конечно, совсем утопить не хотели, это один из видов издевательств над новобранцами, - уверена мать погибшего Байысбека.

А во время похорон, как рассказал его отец Абдугани, пришли семеро сослуживцев сына. У одного из них был разбит нос. И он попросил рассказать, при каких обстоятельствах тот получил травму. А потом сказал сержанту дать команду военнослужащим "Голый торс". Те разделись по пояс, и более ста человек, которые находились рядом в тот момент, увидели на телах солдат, которые пришли служить почти одновременно с Байысбеком, кровоподтеки. У одного на руке были следы от ожогов, словно тушили сигареты.

- Вскоре после похорон в части провели собрание родителей военнослужащих, куда нас пригласили. Мы пошли, чтобы посмотреть хотя бы на кровать, где спал наш сын, сердце разрывалось от боли. И вместо того, чтобы нам посочувствовать, нас начали обвинять и оскорблять. Зам. командира части убеждал родителей военнослужащих, что, дескать, мы жалуемся везде и якобы хотим привлечь их сыновей к ответственности за дедовщину. Что мы клеветники, лгуны. А наш сын был эпилептиком, что у него было больное сердце, а мы, такие сволочи, хотим оклеветать ни в чем не повинных парней, - рассказывает отец Байысбека.

- И когда я сказала родителям, что мы только хотим разобраться, кто виновен в смерти нашего сына, они встали, наоборот, на нашу сторону и потребовали, чтобы разобрались объективно в случившемся, особенно после того, как мы рассказали им об увиденных на телах солдат синяках.

- А мне военные тогда открыто пригрозили, мол, не наживай себе врагов, а то будет хуже, - продолжает Абдугани. - И, похоже, угрозы начинают сбываться. В Военной прокуратуре, как намекнули мне, собирают материалы о том, что я якобы избил на похоронах того паренька с разбитым носом. Говорят, он написал заявление. Если это так, то его вынудили написать. Потому что я его не бил, у меня сотни свидетелей, людей, которые шли проститься с сыном. И зачем мне его бить? За что? Он и так жертва.

По словам Гульнары, пугают не только Абдугани, но и друзей Байысбека, которые по его просьбе в ночь–полночь приносили в часть колу, пиво, водку, конфеты и другие продукты, постоянно забрасывали единицы на мобильные телефоны офицеров. Угрозы посыпались после телесюжета, где друзья обо всем этом рассказали. Кстати, сама Гульнара постоянно пополняла чей–то мобильный баланс.

- Если он не исполнит просьбу, значит, его будут бить. К нему обращались за помощью и сослуживцы: "Тажи, - звали они его, - помоги". И друзья, его девушка или я что–то передавали в часть, - говорит Гульнара. - А 22 июля сын пришел домой в увольнение последний раз. Сказал, что сильно похудел и почек совсем не осталось, все отбили. И начал обмерять ремнем голову, а потом талию. Я спросила, зачем он это делает, а сын ответил: надо, чтобы талия была равна объему головы, а иначе будут бить. Я сказала, что пойду к командиру, пожалуюсь. Сын умолял никуда не ходить, иначе он никогда не сможет дежурить на КПП, а значит, очень редко будет видеть нас. Надо, мол, еще потерпеть несколько месяцев, до полугода, тогда его уже никто не тронет.

А через день Байысбека не стало. Говорят, 24 июля он якобы должен был исполнить просьбу офицеров - достать сотку. Друг Байысбека не успел передать ее к назначенному времени.

- А начались издевательства еще до присяги. Девушка сына рассказала, что после ссоры с сослуживцем Байысбека заставляли целоваться с ним. Он отказывался. Его так сильно били, что, как он потом сказал, еще бы пять минут и он, наверное, поцеловал бы того. То есть, его, как говорят на зоне, опустили бы. Не случайно же в сердцах сын бросил, что офицеры до того его достали, что после службы он с ними рассчитается. Просто так человек не будет говорить такое, - считает мать.

В СМИ все чаще попадают сообщения о гибели военнослужащих, тех, кто только–только надел форму. Но, как явствует из пояснений отцов–командиров, молодежь либо добровольно уходит из жизни по большей части из–за неразделенной любви, либо в результате несчастного случая. Иными словами, воинские части стали зоной повышенного риска для молодых и неопытных, если не сказать криминальной. Ведь порядки на службе, судя даже по этому случаю, царят в них зоновские.

И что удивительно, Военная прокуратура не усматривает в большинстве случаев состава преступления. По крайней мере, не было пока ни одного громкого процесса по факту гибели солдат, когда кто–то понес бы наказание. А в итоге наши дети остаются беззащитными перед дедами и офицерами. И, возможно, отнюдь, не случайно генерал Исаков, став депутатом, поднял вопрос о расформировании Военной прокуратуры.

Одним словом, объективное расследование обстоятельств гибели рядового Тажиматова - дело чести военных прокуроров. К этому расследованию, думается, должны подключиться и правозащитники, и независимые судмедэксперты. Ради того, чтобы, как сказала мать Байысбека, остались в живых другие парни, чтобы узнать истинную правду о смерти рядового Тажиматова.

Комментарии
николай
13.08.2012, 17:43

Раньше мы стремились попасть служит из за того,что человек отслуживший армию считался настоящим мужчиной,а сейчас все стараются туда не попадать только по причине не уставных отношенийй которые в основном исходят от офицерского состава,хотя офицерами назвать их у меня язык не поворачивается.Офицер всегда славился тем,что гордо носил это звание и ни когда не позорил его это была элита армии,а сейчас это отморозки которые даже с оружием обращаться и то толком не умеют,а вот поиздеваться над молодыми при помощи чужих рук это у них отлично получается.Настоящий офицер это Абдыгул Чотбаев,с таким любой пойдет хоть в огонь,хоть в воду потому что для него солдат это как его ребёнок которому он и поможет и подскажет,и от беды убережёт.

0
Цитировать
Жалоба модератору
14.08.2012, 07:35

Военной прокуратуре надо дать срок чтобы выявили виновных, иначе уволить начальство за халатность. А отцу Тажиматова выловить этих командиров которые издевались над сыном и сделать то что сын не успел

0
Цитировать
Жалоба модератору
Читатель
15.08.2012, 15:17

Ужас, что творится. А тем офицерам после этого интересно легко ли живется. Гады, надо бы прилюдно их судить, чтоб другим не повадно было.

0
Цитировать
Жалоба модератору
Комментарии от анонимных пользователей появляются на сайте только после проверки модератором. Если вы хотите, чтобы ваш комментарий был опубликован сразу, то авторизуйтесь
Правила комментирования
На нашем сайте нельзя:
  • нецензурно выражаться
  • публиковать оскорбления в чей-либо адрес, в том числе комментаторов
  • угрожать явно или неявно любому лицу, в том числе "встретиться, чтобы поговорить"
  • публиковать компромат без готовности предоставить доказательства или свидетельские показания
  • публиковать комментарии, противоречащие законодательству КР
  • публиковать комментарии в транслите
  • выделять комментарии заглавным шрифтом
  • публиковать оскорбительные комментарии, связанные с национальной принадлежностью, вероисповеданием
  • писать под одной новостью комментарии под разными никами
  • запрещается использовать в качестве ников слова "ВБ", "Вечерний Бишкек", "Вечерка" и другие словосочетания, указывающие на то, что комментатор высказывается от имени интернет-редакции
  • размещать комментарии, не связанные по смыслу с темой материала
НАВЕРХ  
НАЗАД