Фред Хьюстон: Народ вправе знать, что происходит в суде

576  0

В разных странах свои судебные системы, которые отличаются в той или иной степени. Мы создаем свою благодаря поддержке USAID и Международной организации по праву развития (IDLO), осуществляющих в Кыргызстане программу по укреплению судебной системы. В чем выражается эта поддержка? Почему кыргызстанцы с недоверием относятся к судам? И как повысить доверие и уважение к ним? Об этом разговор с гостем нашей редакции — региональным директором IDLO Фредом ХЬЮСТОНОМ.

USAID и Международная организация по праву развития осуществляют поддержку реформ, ориентированных на независимость судебной системы. И тут самое главное — определить направления судебной реформы. Наша программа работает и с Верховным судом, и с Советом судей по подготовке и разработке долгосрочного плана развития судебной системы. Это, на мой взгляд, ключевая работа. Пятилетняя программа основана на реальном бюджете. Мы сформировали рабочую группу, которая провела детальный, функциональный анализ состояния судебной системы. На основе этого анализа и будет подготовлен проект стратегического плана для обсуждения судебными органами, а также на Совете по судебной реформе, председателем которого является президент Атамбаев. Это очень важно, чтобы осознать, куда движемся. Определение пути судебной реформы очень важно и для самих судебных органов, и для других ведомств, тесно контактирующих с ними.

— Как проходила оценка деятельности судебных органов? На что обращалось внимание?

— Сейчас наконец–то этот процесс идет хорошо. Конечно, понятно, что после 2010 года, после принятия новой Конституции, было очень трудно организовать работу, например, по отбору судей. Она у вас ведется не без конфликтов, довольно серьезно. И ее можно положительно оценить, потому что это очень сложный процесс, особенно в условиях Кыргызстана. Легко, как говорится, критиковать, но очень трудно воплощать эти реформы в жизнь. И в этой непростой ситуации я вижу стремление Совета по отбору судей, которые направлены на объективный и справедливый подход. Есть указ президента от 8 августа, где подчеркнуты очень важные моменты реформ. И он появился не просто так, готовился очень долго и тщательно командой людей, которые многое рекомендовали президенту. Это — хороший фундамент для дальнейших реформ. И тот факт, что есть уже кворум в Верховном суде, говорит о том, что растет решительность и уверенность членов суда в принятии тех или иных решений. И нестабильность, и неуверенность, которые еще остались, постепенно уйдут.

Конечно, предстоит еще многое сделать. Процессы отбора продолжаются. В Верховный суд надо выбрать еще десять человек. И надеемся, что в этом году сформируется и Конституционная палата. А позже начнется отбор судей в местные суды. Предстоит утвердить четыреста с лишним судей.

Мы прямо не поддерживаем и не участвуем в каких–либо политических решениях. Цель нашей программы, если говорить о поддержке Совета судей, заключалась в том, чтобы подготовить тестовый экзамен для претендентов в местные суды. Особенность его в том, что вопросы составлялись для людей, которые никогда не были судьями. Мы помогли Совету судей, Учебному центру судей в техническом плане, привлекли компетентных судей, чтобы они составили вопросы для компьютерного тестирования, написали ответы на них и возможные варианты ответов. Причем сделано это было конфиденциально. Кроме того, по просьбе Совета судей было все подготовлено для этого тестирования — компьютеры, программы к ним. Тестирование уже закончилось на прошлой неделе, его прошли более восьмисот претендентов. Это новая процедура, и не было специальной программы претендентов. В будущем мы планируем проводить их обучение.

— Как на Западе проходит отбор судей?

— Он очень разный: в каждой стране существует своя процедура, и нельзя сказать, что есть какой–то международный стандарт. Много политических моментов. Хотя, конечно, есть общее правило: человек должен обладать знаниями, опытом, быть морально готовым вершить правосудие.

Мини–ООН

IDLO — Международная организация по праву развития существует уже более 30 лет. Это как мини–ООН. IDLO финансирует свои программы в 27 странах по верховенству права. Организация много работает в Восточной Европе, Африке.

— Насколько известно, вы принимали участие в разработке законопроекта о конфликте интересов. Что это за законопроект?

— Да, было такое предложение от судебных органов. Чтобы вести борьбу с коррупцией, надо очень хорошо знать, что такое конфликт интересов, что разрешено, а что запрещено. Правила должны быть четкими. Судья, например, не имеет права вести процесс, если он родственник, знакомый той или иной стороны, поскольку в данном случае нарушается принцип справедливости. И в законодательстве Кыргызстана это отсутствует. Причем надо определить, что такое конфликт интересов не только для судей и участников судебного процесса. Но и для всех служащих. Правила должны быть одинаковыми для всех. Это мировая практика, и рабочей группой нашей программы подготовлен такой документ, который, конечно, еще будет обсуждаться.

Что касается двух других наших целей — развития потенциала человеческих ресурсов в судебной системе и восстановления доверия к ней, то они тоже продвигаются.

— Развитие потенциала человеческих ресурсов — это подготовка специалистов?

— В судебной системе, как и в любой другой, могут появиться вакансии. И неизбежно возникнут вопросы: кто из претендентов на вакантную должность готов, каким потенциалом обладает тот или иной из них. Поэтому мы разрабатываем комплексные программы обучения претендентов, которые только начинают свою судейскую карьеру. В Кыргызстане пока не ведется комплексного обучения судей. На протяжении почти двадцати лет финансирование Учебного центра судей, к сожалению, ведется донорскими организациями. Поэтому обучение проводится выборочно, нет системности. Сейчас вместе со специалистами центра мы разрабатываем комплексную программу по подготовке и судей, и претендентов. Благодаря чему их обучение будет проводиться системно, последовательно.

Для разработки такой программы мы привлекаем местных экспертов, чтобы они могли точнее определить, какие курсы обучения необходимы, какие дела в судах чаще всего рассматриваются и на что сделать акцент при обучении претендентов на должность судьи и самих судей. Мы только что выпустили две книги, одна из них так и называется — “Настольная книга судей”. Другая — “Образцы судебных актов”. Эти книги, по сути, основаны для обучения специалистов для судебной системы. В данных изданиях дается анализ расследования типичных дел, объясняется, какие законы необходимо посмотреть, что должен делать судья, что он должен сказать. Это действительно настольная книга для практики. В начале этого месяца мы передали их судьям Верховного суда.

Издание и подготовка данных пособий — это только, по сути, начало в подготовке претендентов и судей. Обучение — следующие шаги, и их начнем делать осенью, когда будут избраны судьи всех судов. Это и есть развитие потенциала человеческих ресурсов.

— Но для Кыргызстана, наверное, самый главный — третий пункт вашей программы — это восстановление доверия к судебной системе. Сейчас оно только падает, и все эти баталии вокруг отбора судей и в Верховный суд, и в Конституционную палату — тому подтверждение. И что вы можете предложить нам в такой очень сложной, можно сказать, ситуации?

— Это действительно самый трудный момент. И, думаем, что надо открыто показать, что происходит в судебной системе, и в частности в Верховном суде, с которым тесно работаем. Доверие основывается на надежной, в смысле правдивой информации. Поэтому мы сосредоточили сейчас внимание на подготовке веб–сайта, где будут размещаться решения, вынесенные в судах. Судей обвиняют в коррупции, непрофессионализме. Но говорить можно что угодно. А вот когда читаешь решение или приговор, вынесенный тем или иным судьей, и чем он их мотивирует, то, естественно, сразу замечаешь, был ли заинтересован судья в вынесении именно такого вердикта. Тем более если знакомятся с ним тысячи человек, в том числе профессионалы. Вот тогда можно сформировать мнение о работе судьи не на основе слухов и домыслов, а по вынесенным им решениям.

Поэтому наши усилия сейчас направлены на то, чтобы создать такой сайт, чтобы народ мог видеть решения судов.

— Как это сделано в Свердловском суде?

— Но пока судебных решений на его сайте нет. Хотя молодцы, хороший получился веб–сайт. И мы хотим помочь довести его, как говорится, до ума. Это, поймите, не так просто — обнародовать вынесенные вердикты. Есть права участников судебного процесса, тем более если один из них несовершеннолетний. Есть информация, адреса участников процесса, которые нельзя публично оглашать. То есть надо учесть много моментов, которые сейчас и обсуждаются в Верховном суде. Надо определить и ответственных, которые будут размещать информацию, контролировать ее качество, убирать ненужные сведения, например домашние адреса участников процесса. И думаю, что вскоре люди смогут ознакомиться c конкретными решениями. Кроме того, размещение их на сайте важно не только для повышения доверия к судебной системе. Но и для того, чтобы судьи могли обмениваться информацией между собой. Внутри самого суда. Мы сейчас как раз и прорабатываем все эти моменты, и, повторяю, это достаточно сложно.

— Что еще, кроме открытого доступа к судебным решениям, может повысить доверие народа к судебной системе?

— Думаю, что народ вашей страны понимает, что доверие можно повысить, если суды будут нормально финансироваться. Доноры никогда делать этого не будут, и на это нельзя рассчитывать. Президент в своем указе подчеркнул, что надо как минимум два процента от ВВП направить на развитие судебной системы. Однако это вовсе не означает, что, отдав эти проценты, можно ожидать справедливого правосудия. Для доверия надо одновременно улучшать финансирование и повышать ответственность судей. А поскольку судебная система содержится на деньги налогоплательщиков, то они вправе требовать, чтобы правосудие было справедливым и объективным. Народ вправе знать, что происходит каждый день в судах, и говорить, если нарушается закон. Молчание — это продолжение того, что было.

Сейчас, после 2010 года, у Кыргызстана появился шанс. И оттого, как будет развиваться судебная система, зависит нынешнее и будущее положение дел в стране.

— А в США часто выносятся несправедливые решения и несут ли судьи какое–то наказание за это?

— Ошибки, конечно, есть. Если они сделаны не преднамеренно, не умышленно, то судья не несет, в общем–то, никакого наказания. Хотя ему могут вынести выговор. Но наряду с ответственностью судей существуют и их права. Они могут отстаивать свою точку зрения, почему они приняли это решение, а не другое. Конечно, если судья часто ошибается и прослеживается какая–то системность в выносимых им решениях, то есть разные механизмы привлечения его к ответственности. У вас, кстати, их нет. И мы стараемся помочь вам и в этом направлении.

Комментарии
Комментарии от анонимных пользователей появляются на сайте только после проверки модератором. Если вы хотите, чтобы ваш комментарий был опубликован сразу, то авторизуйтесь
Правила комментирования
На нашем сайте нельзя:
  • нецензурно выражаться
  • публиковать оскорбления в чей-либо адрес, в том числе комментаторов
  • угрожать явно или неявно любому лицу, в том числе "встретиться, чтобы поговорить"
  • публиковать компромат без готовности предоставить доказательства или свидетельские показания
  • публиковать комментарии, противоречащие законодательству КР
  • публиковать комментарии в транслите
  • выделять комментарии заглавным шрифтом
  • публиковать оскорбительные комментарии, связанные с национальной принадлежностью, вероисповеданием
  • писать под одной новостью комментарии под разными никами
  • запрещается использовать в качестве ников слова "ВБ", "Вечерний Бишкек", "Вечерка" и другие словосочетания, указывающие на то, что комментатор высказывается от имени интернет-редакции
  • размещать комментарии, не связанные по смыслу с темой материала
НАВЕРХ  
НАЗАД