Федеральная резервная система США наладила выпуск розовых стодолларовых купюр

1036  0
Ирэн Саакян

Деньги бывают разные: зеленые, розовые, красные

Среди бишкекчан — небывалый ажиотаж. Узнав, что Федеральная резервная система США наладила выпуск новых — не зеленых, а розовых стодолларовых купюр, горожане готовятся штурмовать обменки на Моссовете.

Некоторые кинулись доставать из–под матрацев свои сбережения с портретами американских президентов, чтобы обменять их на новые розовые купюры. Но их в обороте пока нет. Тем временем ньюсмейкеры финансового рынка уже пустили слушок о том, что 100 зеленых будут менять на один доллар. Таким образом, дескать, американцы решили поставить точку в выплате внешнего долга. Люди, сведущие в азах экономики, все это сразу обозвали “брехней” и “трескотней”. Но и народ понять можно. За плечами не одна денежная реформа. Да и новости о спасении экономики США деноминацией режут слух. “Америка включила печатный станок, и ныне все полетит в тартарары”, — пишут некоторые газеты.

Только нет повода для бешеной паники. Американская экономика не в шоколаде, конечно, однако у дяди Сэма все в ажуре. Ну а чтобы успокоить население, мы обратились за комментариями в Национальный банк.

Начальник управления денежной наличности НБ Кылычбек Кылычев новые розовые доллары видел только на сайте Федеральной резервной системы США. Пришлось штудировать публикации из–за бугра. Правда, у Кылычбека Абдыжапаровича глаз–алмаз. По хрусту купюр этот чиновник способен отличить свежий оригинал американской налички от подделки с черного двора. Правда, пока на кыргызском валютном рынке новинка с розоватым оттенком не появилась.

— Еще в начале 2000–х ФРС США намеревалась наладить выпуск новых кремово–розовых купюр, — информирует Кылычев. — Тогда в оборот пустили двадцатки и полтинники. Сейчас дело дошло до стольников. При любом раскладе ФРС США берет на себя обязательства по обмену купюр. Процесс пойдет как и всегда. Зеленые купюры перестанут печатать, постепенно они выйдут из оборота, а вместо них на руках у населения окажутся розовые. Слухи о деноминации, будто за сто долларов дадут один новый, беспочвенны. Новые доллары будут иметь хождение наравне с нынешними купюрами. После выпуска новых банкнот те долларовые купюры, которые сейчас находятся в обращении, останутся в обороте. США никогда не девальвировали и не отзывали из обращения свои денежные знаки. А простым гражданам посоветовал бы хранить все–таки деньги в сомах.

...Правда, говорят о том, что ярлык “розовый доллар” янки не понравился. Ведь в США этот цвет не в фаворе. “Розовыми” считаются деньги, заработанные в так называемой гей–индустрии. К тому же реально на новых купюрах этого цвета не так уж и много. Оттенки розового и кремового заполнят белый неокрашенный фон и будут различаться в зависимости от номинала. В банкноты добавят объемные нити, светящиеся под ультрафиолетом, микрошрифт и краску, меняющую цвет. Рисунки и размер дензнаков останутся прежними, чтобы соблюсти преемственность.

Тем временем более актуальные проблемы у наших граждан возникают с мелкими купюрами. В Кыргызстане до сих пор мелкие у. е., то есть доллары и евро, меняются по заниженному курсу. Вот и получается, что у нас выдающийся деятель Авраам Линкольн “не в цене”. Его лик — на мелкой, пятидолларовой купюре. А вот Бенджамина Франклина кыргызстанские менялы любят из–за того, что его лицо — на крупной, 100–долларовой купюре. За нее платят всегда по курсу.

В Европе в цене только низкие номиналы да порядком потрепанные купюры. Будучи в Берлине, три дня бегала по городу, пытаясь разменять 500 евро. Сородичи Баха и Бетховена делали удивленные глаза, как только видели деньги. Например, в супермаркете пришлось оставить корзинку с покупками, так как в кассе не было столько наличности. В банке ситуация осложнялась тем, что из всех западных языков я более или менее изъясняюсь по–английски, а клерк говорил только на родном немецком. Благо фразу change money — обменять деньги — поняли. Но почему–то отправили меня... в ресторан. Объяснив, что, заказав ужин, можно рассчитывать на обмен.

В итоге мне помогла немецкая коллега Люба Кассен. Кстати, эта гражданка Германии сказала, что впервые увидела пятьсот евро. И это в сердце Европы! Знаете, где в итоге Люба обменяла купюру? В “Макдональдсе”! Продавец долго разглядывал деньги, потом спросил ее: “А это не фальшивка?” и дал кучу мелких и ветхих купюр. В магазинах старые и мелкие деньги брали без лишних вопросов. Не то что у нас.

А в нашем Национальном банке Кыргызстана, услышав эту историю, в сотый раз пообещали отобрать лицензию у обменок, занижающих курс мелких купюр. Но пока дело дальше слов не идет. Может, в новом году наконец–то наведут порядок?

от личности...

НеМОНЕТАрно

Видно, известная поговорка “Мал золотник, да дорог” не для сотрудников нашей банковской системы. Хотела увесистую мелочь обменять на бумажные банкноты, чтобы облегчить расчет. Всем известно, что в магазинах порой не принимают много монет. С килограммом мелочи пришлось пройтись по нескольким столичным банкам.

До зарплаты оставалось дня два, а в карманах гулял ветер. Как тут не вспомнить о глиняной розовой свинке–копилке, в которой оказалось 785 сомов? И вскоре пришлось осознать, что накопленные сбережения, вместо того чтобы приятно тянуть карман, сулят много проблем.

На проспекте Чуй, 52/1 есть филиал “ДосКредоБанка”. Здесь мне сообщили, что монеты не возьмут. Женщина пожилого возраста послала меня подальше — в другой банк. У них, оказалось, нет аппарата по подсчету мелочи, а считать вручную сложно. Зачем обременять себя? “Нет так нет”, — подумала я. И отправилась в соседний банк. Благо далеко ходить не надо — на пересечении проспекта Чуй и улицы Суюмбаева красуется вывеска кыргызско–российского “Аман банка”. Однако девушка–кассир сообщила, что мелочи у нее слишком много и она не примет деньги.

Пытаясь объяснить ей, что монеты являются национальной валютой, которую обязан принимать любой банк страны, столкнулась с бетонной стеной непонимания: “Ничего я не обязана, жалуйтесь куда хотите и вообще освободите помещение”.

...А деньги я все–таки поменяла. После хождения по нескольким банкам в одном из них — “Айыл банке” — согласились произвести обмен.

...до наличности

Проверка покажет

“Где вы откопали старый сом, еще с прошлого века? Нет, не возьму”, — строго отчеканила сотрудница одного из коммерческих банков, где бишкекчанка попыталась поменять наличность. Обойдя несколько банков, она так и не смогла поменять денежку. Вот и обратилась в “Вечерку”.

Звоним в Национальный банк начальнику экспертного отдела управления денежной наличностью Алексею Фалееву, который сообщил, что любой банк обязан поменять деньги. И в самом НБ КР тоже. Мы отправились в главное денежно–кредитное учреждение страны. Односомовую купюру с подписью тогдашнего председателя НБ Кемелбека Нанаева приняли без лишних слов. Дали нам в руки металлический сомик и сообщили, что старая бумажная купюра будет уничтожена. А с комбанками, которые, грубо говоря, “воротили лицо”, хотят разобраться и устроить нагоняй. “Проведем тщательную проверку”, — пообещал Фалеев.

Комментарии
Комментарии от анонимных пользователей появляются на сайте только после проверки модератором. Если вы хотите, чтобы ваш комментарий был опубликован сразу, то авторизуйтесь
Правила комментирования
На нашем сайте нельзя:
  • нецензурно выражаться
  • публиковать оскорбления в чей-либо адрес, в том числе комментаторов
  • угрожать явно или неявно любому лицу, в том числе "встретиться, чтобы поговорить"
  • публиковать компромат без готовности предоставить доказательства или свидетельские показания
  • публиковать комментарии, противоречащие законодательству КР
  • публиковать комментарии в транслите
  • выделять комментарии заглавным шрифтом
  • публиковать оскорбительные комментарии, связанные с национальной принадлежностью, вероисповеданием
  • писать под одной новостью комментарии под разными никами
  • запрещается использовать в качестве ников слова "ВБ", "Вечерний Бишкек", "Вечерка" и другие словосочетания, указывающие на то, что комментатор высказывается от имени интернет-редакции
  • размещать комментарии, не связанные по смыслу с темой материала
НАВЕРХ  
НАЗАД