Анэс Зарифьян: Политическая ложь наносит урон мне лично и вам тоже

846  0
Александр Тузов

Творчество Анэса Зарифьяна знакомо не только кыргызстанцам, но и многим любителям авторской песни, живущим в разных постсоветских республиках. Крутые повороты нашей истории побудили автора к созданию своеобразного жанра - поэтико-публицистического. Сейчас бард собрал все свои поэтические отклики и издал их шеститомником "Кыргызстанские хроники". О том, как удалось реализовать столь масштабный замысел, наш разговор с бардом, "политобозревателем" и профессором Анэсом Зарифьяном.

– Анэс Гургенович, чуть больше года назад в интервью "ВБ" по случаю выхода в свет вашего авторского видеофильма "Живя в Стране небесных гор…" вы упомянули о подготовке шеститомника "Кыргызстанские хроники". Честно говоря, сомнения одолевали: неужели удастся и сотворить, и, главное, издать столь объемный труд? Но вот удалось. Когда и как возникла идея собрать воедино поэтохронику двух десятков лет кыргызстанского суверенитета?

- К жанру поэтическо-публицистических хроник иронического склада я обратился еще в перестроечные годы. Затем собрал все свои событийные отклики – памфлеты, сатиры, песни, фельетоны – под одной обложкой с названием "Перестройкиада"…

- Слово-то с явным подтекстом: перестройки ада?

- В каком-то смысле. Это название родилось, кстати, на московской кухне у хорошо известной не только москвичам и россиянам, но и всем бишкекчанам и кыргызстанцам поющей поэтессы Вероники Долиной. И оно созвучно (без всяких претензий на эпическое величие) с той же "Илиадой". В равной мере как "Кыргызстанские хроники" невольно ассоциируются с "Марсианскими…" моего любимого американского писателя-фантаста Рэя Брэдбери.

– Запомнилось время, когда появилась ваша "Перестройкиада". Ведь это был памятный для всех нас 1991 год.

- Уж да, рукопись, которую уже почти набрали в первом тогда в Бишкеке частном издательстве "Книголюб", могла бы и не попасть к читателю, если бы достиг своей цели пресловутый гэкачепистский августовский путч. Но он, к счастью, провалился. А моя еще не до конца набранная книга только выиграла, пополнившись еще и антипутчевскими стихами. И все же одну ошибку, и весьма существенную, я тогда допустил.

- Какую же?

- Стал я перелистывать "Перестройкиаду" через несколько лет, уже живя в суверенном Кыргызстане, и вдруг с огорчением понял, что не всегда припоминаю, по поводу чего возник тот или иной отклик, что за персоналии упоминаются в моих стихах? Вот до чего стремителен ход Истории и сколь быстро забываются ее лихие повороты и действующие лица!

- Работа над ошибками была?

- Разумеется. Поэтому, взявшись за следующую книгу такого рода, отражающую уже постсоветский период – "Летопись Анэса из Бишкека, сложенную на исходе века вольным сатирическим пером – о великом, грустном и смешном", я уже стал предварять каждое стихотворение прозаической преамбулой. То есть событийным фоном, послужившим первопричиной рождения поэтических строк.

- Этот прием сохранился и в "Кыргызстанских хрониках".

- Но в более широкой форме. Сам я не проводил таких подсчетов, но думаю, что доля прозаических преамбул, комментариев, сносок в этих шести томах достигает 20-30 процентов общего объема.

- Признавайтесь, какие периоды кыргызской истории отражены в многотомнике?

- Ну, я бы выглядел смешно, претендуя на лавры академического историка, чей взор способен проникать в глубь столетий. Период, отраженный в моих скромных книгах: новейшая история суверенного Кыргызстана. Недаром я посвятил данное издание 20-летию своей Родины, хотя, к сожалению, не успел его выпустить аккурат к названной дате. А о чем эта моя летопись, моя санжыра, можно судить по названиям и заголовкам томов, глав, разделов.

- Вот том первый: "Из лет, которые недаром всецело связаны с Аскаром" – тут все ясно. А вот второй – "От весенней революции до декабрьской Конституции". Пошел бакиевский период?

- Равно, как и 3-й том: "На те же грабли наступив, власть вызывает новый взрыв". Ну а 4-й, 5-й, 6-й отражают события с 7 апреля 2010-го по 31 декабря 2011-го. Соответственно: "Послеапрельское бунтарство чуть не сгубило государство…", "C Конституцией восьмой к демократии самой?.." и "Сказ о том, как Кыргызстан свободный завершил период переходный".

- Получается, это временной отрезок от Акаева до Атамбаева?

- Да, от явления первого президента до избрания четвертого, со всеми событиями, коллизиями, потрясениями, которые мы с вами наблюдали и вместе переживали в это 20-летие.

- Не пытались подсчитать, сколько же событий, фактов, лиц уместилось в ваших книгах?

- Приличное число, если учесть, насколько бурно и неоднозначно развивалась наша новейшая история. Ведь мы пережили и период романтизма при раннем Акаеве. И зарождающийся, а потом уже и оборзевший непотизм его семьи. И народный бунт 24 марта 2005-го с его погромными ночами. И время бакиевщины. И грозные события 7 апреля. И вторую южную трагедию. И многое другое, что трудно забыть. А за всеми упомянутыми событиями стояли конкретные люди, личности, политики и политиканы, мыслители и вожаки толп, патриоты и оголтелые наци… Поэтому в этих томах почти нет места комплиментарности, а в основном превалируют жесткие, критические, в лучшем случае – юмористические оценки.

- Не боитесь, что вас обвинят: кто – в недостатке патриотизма, кто – в передергивании фактов, кто – в оскорблении своей собственной персоны?

- Ну, юмор, сатира, да и серьезная публицистика – жанры неблагодарные, даже опасные. Но тогда лучше практиковаться в соловьином лиризме, а не браться за описание реалий. Конечно, кое-кто из наших политиков, тех же господ депутатов, неопартийцев и прочих наверняка может высказать мне свои обиды. Но, как говорят американцы, в моих сатирах нет ничего личного. Более того, никто из героев этих книг не делал конкретно мне ничего худого. Чего не скажешь об их отношении к нашей стране! А коли так, то я имею право воспринимать политическую ложь, двуличие, жадность, глупость, малодушие – как наносящие урон мне лично, и вам тоже, и нашим детям – разве не так?! Главное, я старался быть честным в своих оценках.

- А уверены, что ваши оценки "на злобу дня" абсолютно достоверны, объективны?

- Конечно, нет. Более того, я говорю об этом чуть ли не в каждом томе. Прежде всего потому, что, не будучи профессиональным политиком, не мог располагать всей полнотой информации, а воспринимал происходящее только по доступным источникам: газетам, телевидению, личному общению. Но, согласитесь, таких, как я, большинство. Следовательно, многие мои высказывания можно рассматривать как выражение мнения если не всего населения, так определенной его части. Ну а коли я в чем-то добросовестно заблуждался, где-то перегнул палку, а где-то оказался излишне доверчив, недальновиден, та же история меня поправит.

- Книги ваши написаны, понятное дело, на русском языке. Вместе с тем в них часто встречаются заимствования из кыргызской речи. Насколько это было обязательным?

- Да нет в том никакой обязательности! К сожалению (абсолютно искреннему!), я так и не сумел освоить кыргызский язык. Но ведь, живя с давнишних пор (я-то – с самого рождения) на сей благодатной земле, разве мы не впитали в себя элементы ее культуры? Ведь и в бытовой разговорной речи мы зачастую, не задумываясь, используем ставшие нам родными кыргызские слова: салам, жакши, орто, аз-маз… Я, например, на вопрос "Кандай, Анэс?" автоматически отвечаю: "Жаман эмес". В рифму! А уж в стихи мои многие кыргызские слова так и просились! Правда, допуская, что книгу может взять в руки и человек, не живущий в Кыргызстане, я обязательно в сносках давал перевод таких слов.

- Ознакомившись с данным трудом, невольно задумываешься "о возможности его использования в качестве учебно-методического пособия". Будете заставлять своих студентов раскупать тираж, намекать, что зачет или экзамен не примите?

- Ну, это вы чересчур хватили! Я хоть и декан медфакультета КРСУ, над таким предназначением шеститомника не задумывался. Хотя, если кто-то из студентов сможет по нему лучше понять нашу страну и ее нынешний период развития, буду только рад.

- Каков тираж издания и где его можно приобрести?

- Тираж, друзья мои, огромный: аж целых 100 экземпляров! Но спасибо типографии родного универа и за такую помощь. Распространением книг я тоже, скорее всего, буду заниматься сам – это уже не впервой.

- В последнее время я что-то давно не встречал ваших политических откликов в Интернете.

- И не случайно. Потому что, завершая шеститомник, я пообещал сам себе и читателям поставить жирную точку в этой санжыре. Есть, помимо деканской работы, задачи поважнее. Хотелось бы записать все свои песни. Их ведь несколько сотен, а вышла в свет на двух виниловых пластинках и одном компакт-диске только малая толика. Ну и, конечно, надеюсь, что, несмотря на мое неравнодушие к политической жизни общества, лирик во мне еще не погиб. Вынашиваю новую книгу стихов, в которой уже не будет места ни революциям, ни конституциям.

Комментарии
Комментарии от анонимных пользователей появляются на сайте только после проверки модератором. Если вы хотите, чтобы ваш комментарий был опубликован сразу, то авторизуйтесь
Правила комментирования
На нашем сайте нельзя:
  • нецензурно выражаться
  • публиковать оскорбления в чей-либо адрес, в том числе комментаторов
  • угрожать явно или неявно любому лицу, в том числе "встретиться, чтобы поговорить"
  • публиковать компромат без готовности предоставить доказательства или свидетельские показания
  • публиковать комментарии, противоречащие законодательству КР
  • публиковать комментарии в транслите
  • выделять комментарии заглавным шрифтом
  • публиковать оскорбительные комментарии, связанные с национальной принадлежностью, вероисповеданием
  • писать под одной новостью комментарии под разными никами
  • запрещается использовать в качестве ников слова "ВБ", "Вечерний Бишкек", "Вечерка" и другие словосочетания, указывающие на то, что комментатор высказывается от имени интернет-редакции
  • размещать комментарии, не связанные по смыслу с темой материала
НАВЕРХ  
НАЗАД