Дешёвый Китай закончился

Мировая экономика вступает в период серьёзных изменений. Китай, который десятилетиями обеспечивал международные рынки относительно дешёвыми товарами, постепенно отказывается от прежней модели развития. На первый план выходят искусственный интеллект, роботизация, технологические разработки и борьба за новые рынки. При этом другие азиатские государства получают возможность занять часть производственных ниш, которые прежде принадлежали Китаю.

О том, как будет меняться мировая экономика в ближайшие 10–15 лет, какие страны смогут претендовать на роль новых центров промышленного роста и почему Китай делает ставку на высокие технологии, рассказал российский востоковед, доктор исторических наук Алексей Маслов в интервью российскому блогеру, предпринимателю и автору бизнес-подкаста на YouTube Александру Соколовскому.

По мнению эксперта, главная особенность нынешних преобразований заключается в том, что Китай больше не стремится конкурировать исключительно низкой стоимостью рабочей силы. Эта модель, обеспечившая стране стремительный промышленный рост, постепенно исчерпала себя.

Рост уровня жизни, изменение демографической ситуации и сокращение трудовых ресурсов вынуждают китайскую экономику искать новые источники развития. Одним из них становится автоматизация производства.

Маслов считает, что в ближайшие годы Китай будет всё активнее переходить от массового выпуска товаров к продаже технологий, программных решений, патентов и высокотехнологичных услуг.

Особую роль в этой стратегии играет искусственный интеллект. По оценке востоковеда, подходы Китая и США к его развитию заметно различаются.

Американские технологические компании вкладывают огромные средства в создание передовых моделей и вычислительной инфраструктуры. Китай же делает акцент на практическом применении разработок в промышленности, медицине, телекоммуникациях, транспорте и других отраслях.

Маслов обращает внимание на китайскую концепцию AI+, предполагающую внедрение искусственного интеллекта непосредственно в экономические процессы. По его мнению, важнейшим критерием становится не только технологическая сложность модели, но и её способность приносить конкретный результат.

При этом эксперт признаёт, что Китай продолжает сталкиваться с ограничениями в области наиболее передовых микрочипов. Однако, по его оценке, технологическое соперничество будет определяться не только качеством разработок, но и скоростью их распространения.

Отдельное место в интервью занимает автомобильная промышленность. Маслов считает, что китайские производители изменили традиционный подход к выпуску автомобилей, значительно ускорив обновление моделей и внедрение новых решений.

В отличие от европейских компаний, которые десятилетиями развивали отдельные автомобильные платформы, китайские предприятия делают ставку на быстрые производственные циклы и широкий ассортимент.

Такой подход, по мнению эксперта, меняет и потребительские привычки. Автомобиль всё чаще рассматривается не как приобретение на длительный срок, а как технологический продукт, который можно регулярно обновлять.

Однако стремительное развитие Китая сопровождается внутренними проблемами.

Одна из наиболее серьёзных связана с демографией. Сокращение трудоспособного населения, низкая рождаемость и увеличение продолжительности жизни создают дополнительную нагрузку на экономику и социальную систему.

Маслов считает, что роботизация позволит частично компенсировать нехватку работников. Одновременно государству предстоит решать задачи переобучения кадров и перестройки традиционных производств.

Ещё один вызов связан с рынком недвижимости. Масштабное строительство на протяжении многих лет поддерживало занятость, промышленность и банковский сектор, однако привело к накоплению значительных объёмов недвижимости, не обеспеченной достаточным спросом.

Востоковед рассматривает эту ситуацию не только как экономическую проблему, но и как следствие прежней модели развития, при которой инфраструктурные проекты использовались для стимулирования производства и занятости.

На фоне этих изменений возникает вопрос, какие страны смогут занять освобождающиеся производственные ниши.

Одним из главных претендентов считается Индия. Она располагает огромным населением и значительным потенциалом для развития промышленности. Однако Маслов не ожидает, что в ближайшие два десятилетия Индия повторит китайский путь в полном объёме.

По его прогнозу, в Азии может сформироваться своеобразное разделение труда: Китай сосредоточится на высоких технологиях и сложных разработках, тогда как Индия будет развивать относительно недорогое производство.

Важную роль эксперт отводит и странам Юго-Восточной Азии. Вьетнам, Таиланд и другие государства региона способны привлекать новые производства благодаря трудовым ресурсам, развивающейся инфраструктуре и интеграции в международные цепочки поставок.

В перспективе 10–15 лет, считает Маслов, некоторые экономики Юго-Восточной Азии могут приблизиться к тому этапу промышленного развития, на котором сегодня находится Китай.

При этом конкуренция между Китаем и США, по мнению эксперта, не приведёт к полному разделению мировой экономики на два независимых блока.

Несмотря на торговые ограничения и технологическое соперничество, экономики двух стран остаются тесно связанными через производство, инвестиции, научные разработки и международные рынки.

Маслов полагает, что в дальнейшем соперничество будет усиливаться, однако обе державы сохранят значительное влияние на глобальные экономические процессы.

Для России эксперт прогнозирует дальнейшее расширение экономических связей с Китаем, в том числе в энергетике, сельском хозяйстве и технологической сфере. Одновременно он предупреждает о рисках усиления зависимости от китайских разработок.

Отдельное внимание в интервью уделено распространению китайских технологий за пределами страны. Маслов отмечает, что Китай предлагает цифровые решения государствам БРИКС, ШОС и Центральной Азии, стремясь расширять использование собственных технологических стандартов.

Для государств Центральной Азии эта тенденция представляет особый интерес. Распространение китайских цифровых платформ и производственных технологий открывает возможности для модернизации экономики, но одновременно ставит вопрос о зависимости от иностранных решений.

В долгосрочной перспективе Маслов ожидает усиления экономического присутствия Китая в Африке, дальнейшего роста стран Юго-Восточной Азии и обострения глобальной технологической конкуренции.

Важным условием будущего развития он также считает изменение систем образования и науки. По мнению востоковеда, распространение искусственного интеллекта потребует пересмотра традиционных методов подготовки специалистов и организации исследований.

Таким образом, главный вопрос ближайшего десятилетия заключается не столько в том, какая страна сможет повторить успех Китая, сколько в том, как между государствами перераспределятся производство, технологии и экономическое влияние.

Согласно прогнозу Маслова, мир движется не к появлению единственного нового промышленного лидера, а к более сложной системе, в которой разные страны будут занимать собственные места в международном разделении труда.