Анонимно: Я - суррогатная мама

Я - вдова. Я мать-одиночка, у меня растет дочь.

Довольно долгое время я безуспешно искала работу и однажды наткнулась на объявление о том, что требуются доноры яйцеклетки. Не совсем понимая, что именно было нужно, я позвонила в клинику, и по итогам беседы мне сказали, что больше я подхожу на роль суррогатной мамы.

Я долго думала, искала информацию, советовалась с подругой. А потом просто решила откликнуться на несколько поисков от семейных пар. В целом я написала восьми парам, предлагая свои услуги. Ответила только одна пара из Бишкека.

В тот же день мы созвонились, начали общаться и понравились друг другу. Мы переписывались несколько месяцев, поскольку биологические родители находились в другой стране. Мы часами разговаривали о наших судьбах, о том, как сложилась жизнь. Перед встречей мы все волновались, и, оказывается, мы все боялись, что кто-то из нас просто пропадет. Но так не случилось.

В сфере суррогатного материнства очень много мошенников. Процентов 90% суррогатных мам – мошенницы. Они могут шантажировать биологических родителей как угодно и чем угодно. Несмотря на то, что некоторые пары влезают в колоссальные долги ради того, чтобы у них были детки.

После заключения контракта мы начали готовиться к ЭКО. Такие процедуры делают и в Бишкеке, но мы предпочли воспользоваться этой услугой в Алматы. Мы вступили в программу, закрутилась вереница анализов, проверок и огромного количества лекарств и гормонов. Для организма это, конечно, был ад. Готовились обе.

Контракт между биологическими родителями и суррогатной мамой состоит из огромного количества пунктов и условий. Вплоть до того, что делать с ребенком, если погибли родители или если погибнет ребенок. В основном он необходим только для клиники, где делают ЭКО.

Мне подсадили два эмбриона, и они оба прижились. У биологической мамы не получалось из-за большого количества гормонов, которых нужно было по ее весу назначать раза в два меньше. Мы вернулись в Бишкек, я поехала к себе. В первый день задержки мы поехали на УЗИ, и нам сказали, что все в порядке, прижились оба.

Беременность протекала очень тяжело. У меня был страшнейший токсикоз, я не могла есть, я похудела, но дети набирали вес. Потом у меня перестал работать нос: я не могла спать лежа и спала сидя, иначе бы просто задохнулась. Потом, когда прошел нос, у меня началась изжога. Я ничего не могла с ней поделать.

На третьем месяце беременности я переехала в соседнюю с биологическими родителями квартиру. Это было оговорено изначально. Мы вместе готовили, вместе убирались и стали очень дружны.

Биологическая мама не прятала меня от друзей. Она не носила накладной живот. Она даже готова рассказать детям о том, что им помогла родиться другая женщина. Биологический папа весьма переживал за мое состояние и детей. Хотя у меня он мало что спрашивал, но свою жену постоянно расспрашивал, как я себя чувствую, переживал за мою одежду… Родители разговаривали с детьми, ставили им классическую музыку.

За недели три до родов у меня началась паника: а вдруг я выйду на прогулку и упаду, вдруг с детьми что-то случится? Но биологическая мама меня успокоила и все чаще заходила ко мне, чтобы проведать и поддержать.

Мы рожали на восьмом месяце и исключительно с помощью кесарева сечения, по уверению врачей. Утром мы приехали в частный роддом, меня приняли, сделали эпидуральную анестезию. В этот момент меня так мучила изжога. Я готова была на что угодно, и мне было безразлично, как и что там сделают. И как только детей вытащили, она моментально прекратилась. Спустя пару часов мне позвонила биологическая мама и рыдающим голосом сказала: "спасибо". В этот момент я поняла, что не зря решилась помочь им.

Родились мальчик и девочка, оба по три килограмма. Здоровые, хорошие дети, очень похожие на своих европейских родителей. Ни грамма от моей азиатской внешности.

Через пару дней в роддоме меня выписали, и я еще пару недель провалялась дома. А потом мы разъехались с этой семьей. Но все равно общаемся. Я бываю у них в гостях, они – потрясающая семья. Сейчас задумываемся о том, чтобы поработать вместе еще раз.

Мои родные были категорически против, учитывая азиатский менталитет – это вообще была катастрофа. Поддержала меня единственная подруга, но она всегда поддержит, несмотря ни на что.

Да, в данный момент я прохожу лечение, но готова пойти на такой поступок еще раз. Но только с той же парой.

Я пошла на суррогатное материнство ради того, чтобы заработать денег для своей дочери, хотела купить дом. Я изначально отнеслась к этому как к работе. Подружилась с биологическими родителями и отнеслась к этим детям, как к детям своих друзей, не испытывая ничего личного. Но за период суррогатного материнства я упустила год из жизни своей дочери. Это единственное, о чем я жалею.


Сообщи свою новость:     Telegram    Whatsapp

НАВЕРХ  
НАЗАД