Кыргызскому Люксембургу - 95 лет: Вчера, сегодня и завтра

Ближайшему к Канту селу Люксембург в этом году исполняется 95 лет. Его основали и жили здесь раньше в основном немцы. После развала Союза и выезда абсолютного большинства жителей на историческую родину, малый Берлин, как еще называли когда-то это село, сильно изменился. Но о знаменательной дате здесь не забыли, даже планировали провести посвященное юбилею торжественное мероприятие. Однако из-за пандемии коронавируса его пришлось отложить на неопределенное время.

Праздник хотели устроить в сельской школе, своего клуба ведь у села давно нет. Очаг культуры, также, впрочем, как и многое другое ушло с молотка. От здешнего знаменитого колхоза "Труд" тоже ничего, по сути, не осталось.

Малый Берлин вчера…

История кыргызского Люксембурга началась в 1925 году, когда сюда переселились потомки немцев-меннонитов. Из Российской империи в 19 веке они уехали вначале в Таласскую область, а позже стали обживать и другие уголки горной республики, селились при этом компактно.

Земли для ведения сельского хозяйства переселенцам отвели неважные, в основном это была болотистая местность. Пришлось немало потрудиться, чтобы превратить болота в поля, на которых сельчане стали выращивать богатые урожаи. Вначале организовали табаководческую и свекловодческую артели. Позже их преобразовали в колхоз "Труд", который в течение нескольких десятилетий был одним из самых богатых в республике. Помимо всего прочего, это было единственное племенное хозяйство по разведению крупного рогатого скота алатауской породы и завезенной из Европы породы австрийские швецы.

Наверное, только здесь в советское время получали молоко, жирность которого достигала 5 процентов. Да и надои были к тому же очень высокие. А все благодаря тому, что люксембуржцы трудились не покладая рук и серьезно занимались селекционной работой.

В годы расцвета в хозяйстве было около 4000 голов элитного крупного рогатого скота, больше полусотни тракторов и столько же автомобилей в идеальном состоянии. Ежегодно колхоз продавал продукции на 3 миллиона рублей. В советское время это была астрономическая сумма. За счет прибыли колхозники построили все необходимые объекты инфраструктуры: школу, клуб, детский сад и многое другое.

Как и хозяйство, село в те годы тоже было образцовым. Широкие, ровные заасфальтированные улицы, добротные ухоженные дома, аккуратные палисадники, облагороженная территория и идеальная чистота кругом. Жители Люксембурга одними из первых в республике провели к себе в дома и другие здания водопровод и природный газ.

В 1979 году колхозники ежемесячно получали в среднем 233 рубля. Тогда это была очень хорошая зарплата. Кроме этого, у всех имелось крепкое подсобное хозяйство. За копейки сельчане покупали испеченный в своей пекарне хлеб, а также мясо, другие продукты. Неудивительно, что устроиться на работу в колхоз было очень трудно.

Тогда здесь повсюду звучала немецкая речь. Создавалось впечатление, будто находишься где-нибудь под Берлином.

…и сегодня

На языке Гете тут уже давно никто не говорит. На историческую родину немцы стали уезжать в конце 80-х годов, за это время мигрировали почти все бывшие сельчане. Как сказал Буйляшев, в Люксембурге и селе Киршелк, которое входит в данный айыльный округ, немцев осталось примерно 150 человек. Это преимущественно люди из интернациональных семей с азиатскими или славянскими фамилиями. Кто-то из их близких родственников - немец, вот они и взяли его национальность. Настоящих же немцев здесь сейчас можно пересчитать по пальцам одной руки.

В память о себе мигрировавшие в Германию сельчане оставили добротные и аккуратные жилые дома. Эти капитальные постройки простоят века, на них и сегодня большой спрос.

О тех временах напоминает имя Якова Ваккера. В его честь названы местная школа и улица, на которой он жил. Яков Яковлевич – личность легендарная, почти полвека он проработал в колхозе "Труд", из них 30 лет был председателем правления. Во многом благодаря ему хозяйство стало одним из самых преуспевающих.

Подобно капитану тонущего корабля, в Германию Ваккер уехал одним из последних. На исторической родине он прожил недолго, его здоровье сильно подорвал приезд сюда в гости. Увидев, что стало с родным колхозом и селом, Яков Яковлевич сильно расстроился, его сердце не выдержало такого потрясения.

Вместо коллективного здесь теперь частное хозяйство, у которого осталась пара тракторов далеко не в идеальном состоянии. Буренок-рекордисток нет и в помине, элитное стадо, которое берегли как зеницу ока, ушло под нож или распродано. Помещения молочной фермы и мастерских новые хозяева сдают в аренду.

Между прочим, и на частных подворьях коровы сейчас тоже большая редкость. Говорят, будто заниматься этим делом стало невыгодно. Мол, корма стоят дорого, и выпасать скот нет возможности. В общем, молочные реки в Люксембурге давно не текут.

Колхоз "Труд" вначале был преобразован в ассоциацию добровольных крестьян "Эмгек", затем в сельхозкооператив с таким же названием. В 2005-2006 годах он стал проваливаться в долговую яму. Главными причинами, как говорили тогдашние руководители, стали дорогие горюче-смазочные материалы и низкие закупочные цены сельхозпродукции.

Некоторые колхозники, получив в те годы свои имущественные паи и земельные наделы, отделились, но большинство все же рассчитывало выбраться из сложного положения и сохранить уникальное хозяйство. Обещал это сделать и появившийся вскоре инвестор - депутат Жогорку Кенеша Руслан Шаботоев. В 2008 году он выкупил у пайщиков колхоз по балансовой стоимости. Через несколько месяцев новый хозяин пропал без вести, а потом нашли его тело. Шаботоев был убит. Делами хозяйства с тех пор занимается его супруга.

Контора бывшего колхоза находится в Люксембурге на центральной улице Ленина. Добротная, некогда аккуратная двухэтажка, огромная цветочная клумба рядом с ней, березки – все это многие годы было украшением села. А потом в этом здании заработала…наркологическая клиника. Бывшие колхозники даже с богатым воображением вряд ли могли предположить, что их контора станет лечебницей для алкоголиков. Кабинеты, где решались вопросы повышения урожайности и увеличения надоев, превратились в палаты для больных, в других помещениях располагались процедурная, столовая.

В течение нескольких лет здесь выводили из запоя не только жителей Люксембурга и соседнего Канта, пациентов к доктору-наркологу привозили и сейчас привозят и из других районов и областей Кыргызстана. Правда, уже в другое здание - "Наркология" отсюда переехала в частный дом.

А село-то все же – перспективное

Здание конторы сейчас арендует частная школа. В выкупленном клубе тоже частное учебное заведение, у которого дела, судя по всему, идут неплохо – в эти дни бывший очаг культуры реконструируется, возводится пристройка.

Приметой дня стали высокие в основном каменные или кирпичные заборы, которые новые хозяева частных домов поставили вместо штакетника. Из-за них видны больше только крыши построек. За крепкими дувалами сельчане, наверное, чувствуют себя спокойнее.

Пахотные земли не пустуют, но самостоятельно свои наделы обрабатывают лишь некоторые сельчане, многие сдают их в аренду. Потому что техники у них, как правило, нет, нанимать ее дорого, да и других проблем хватает. Большинство жителей Люксембурга трудятся на предприятиях и в организациях Канта и Бишкека, благо до них рукой подать.

- Люксембург – одно из перспективных сел, потому что находится на центральной трассе. Поэтому у нас возможностей больше, чем у других сельчан, - считает глава Люксембургского айыл окмоту Эсенбол Буйляшев.

Как говорит руководитель местного самоуправления, у них неплохо развивается малый и средний бизнес, действует около 40 субъектов предпринимательства. Коммерческих точек, особенно на центральной трассе, здесь действительно много. Причем они продолжают открываться. Сейчас, например, в центре села строится гипермаркет.

Годовой бюджет айыл окмоту – 20 миллионов сомов. Местная казна пополняется в основном за счет земельного налога и налога с продаж. Благодаря увеличению налоговых поступлений в последние годы удалось решить некоторые наболевшие проблемы. Капитально отремонтировали школы в Люксембурге и Киршелке. В учебных заведениях построили футбольные площадки с искусственным покрытием и наконец-то достроили очистные сооружения в микрорайоне "Новостройка".

С открытием муниципального предприятия, которое занимается обеспечением села питьевой водой и вывозом мусора, здесь стало намного чище, а перебои с подачей живительной влаги, если и случаются, то намного реже, чем несколько лет назад. До идеального порядка, какой был здесь когда-то, еще далеко, но есть все же перемены к лучшему.

Буйляшева радует, что в селе много инициативной молодежи. Парни и девушки, к примеру, предложили и сами организовали сбор средств для приобретения семи кислородных концентраторов, без которых медики не могут оказать сельчанам своевременную квалифицированную помощь и вылечить от опасного заболевания. В дневном стационаре Люксембурга, который действует с 8 утра до 8 вечера, ежедневно принимают по 50-60 человек.

- Пандемия коронавируса еще раз доказала, что у нас сплоченное население. Это очень важное качество. Наши жители всегда готовы оказать помощь тем, кто в ней нуждается. Я горжусь ими, - говорит Эсенбол Буйляшев.

Ему 34 года, из них 3 года Буйляшев работает главой айыл окмоту. Он родился и вырос в Люксембурге, окончил местную школу, в которой проучился все 11 лет. Хорошо помнит директора Каспара Брильца. Особенно запало, как Каспар Иванович каждое утро встречал у входа в школу учеников и учителей, и с ним за руку мог поздороваться любой школьник.

При этом о каком-то панибратстве не могло быть и речи. Брильц был внимательным, но в то же время строгим и требовательным руководителем, в общем, навел в школе "орднунг" на зависть многим. Педагоги постарше тоже хорошо его помнят и говорят, что Брильц - профессионал высочайшего уровня.

Вот бы побрататься с герцогством…

Бывшие сельчане-немцы иногда приезжают сюда в гости. Что бы там ни говорили, но люди скучают по краю, ставшему для них родным, где прошли многие годы их жизни. Прошлой весной на "Последний звонок" в Люксембургскую школу приехали из ФРГ около двадцати выпускников, окончивший школу 25 лет назад. Это была трогательная встреча. Выпускники 1994 года подарили альма-матер музыкальный центр и вручили директору круглую сумму на нужды школы.

Говоря о связях с бывшими земляками, Буйляшев поделился идеей установить в будущем побратимские отношения с каким-нибудь европейским населенным пунктом. Но почему-то не в Германии, а в герцогстве Люксембург. Хотя кроме названия село и богатейшее государство в центре западной Европы (по уровню жизни граждан оно, кстати, занимает одно из первых мест в мире) ничто не объединяет. Они, если можно так сказать, просто тезки. Село же было названо в честь немецкой революционерки Розы Люксембург.

Глава айыл окмоту мечтает также создать муниципальное сельхозпредприятие. Дескать, используя методы государственно-частного партнерства, можно было бы самим зарабатывать деньги, обрабатывая землю, а не сдавать ее в аренду, как сейчас. Речь о 300 гектарах пахотных земель Фонда перераспределения.

Как говорит Буйляшев, дать возможность СМУ заниматься сельхозпроизводством может правительство. Но дело, однако, не только в этом. Вряд ли согласятся на такой поворот предприниматели, взявшие участки в долгосрочную аренду и инвестировавшие в них большие капиталы. И потом, откуда у айыл окмоту деньги на технику, семена и прочее, если он не может даже залатать дыры на многих улицах?

Среди прочих предприятий есть в Люксембурге два цеха по переплавке металлолома, которыми владеют китайские бизнесмены. Производство еще то! Когда плавят металл, не только рядом, но и во всех уголках Люксембурга и Канта в воздухе стоит едкий запах расплавленного металла и химии. Короче, дышать нечем.

В прошлом году из-за этого разгорелся большой скандал. После того, как возмущенные жители обратились в высокие инстанции и СМИ, цеха прекратили работу. Во время ЧС они тоже, видно, простаивали. Сейчас же на улицах опять появились заготовители металлолома, и цеха снова нет-нет травят жителей.

По этому поводу Буйляшев говорит, что айыл окмоту не может ни открыть, ни закрыть цеха. Такие вопросы, мол, решает техническая инспекция. А по заключению этой организации на данных предприятиях соблюдаются санитарные и экологические нормы. У инспекции, по его словам, какие-то свои расчеты.

Сейчас у плавильщиков металла объемы производства, судя по всему, меньше прежних, тем не менее это производство все также представляет угрозу здоровью людей. Тем более один из цехов находится, по сути, через дорогу от домов, другой тоже расположен недалеко от жилой зоны. Примечательно, что работают цеха обычно по вечерам. В это время, изнывавшие днем от жары люди выходят на улицу подышать. Но не тут-то было. Приходится срочно эвакуироваться в помещения и закрывать форточки. Когда же власти поставят, наконец, точку?

Вряд ли захотят европейцы брататься с селом, которое из-за горе-бизнесменов зачастую дурно пахнет.


Сообщи свою новость:     Telegram    Whatsapp

НАВЕРХ  
НАЗАД