Расул Султангазиев: Слово пациента "помогло" для нас - самое главное

Известный в Кыргызстане хирург, доктор медицинских наук Расул Султангазиев не раз говорил во время наших интервью, что каждый пациент по-своему уникален, и его лечение требует уникального подхода. Тем более, когда речь идет об операциях на брюшной полости, где разворачиваются порой такие драматичные ситуации, причем у каждого больного своя, как, например, случилось с его недавней пациенткой.

На днях Расулу Абалиевичу и его коллегам пришлось бороться за жизнь женщины, в поджелудочной железе которой застряла… четырехсантиметровая тоненькая косточка. Она-то, по его словам, и спровоцировала развитие целого букета серьезных патологических процессов – воспаление желчных протоков, реактивного биллиардного гепатита (вторичного воспалительного поражения печени, возникающего как раз как ответная реакция на патологические состояния организма), реактивный панкреатит (острое воспаление тканей поджелудочной железы), который развивается очень быстро и требует срочного лечения. Поскольку, как пояснил хирург, пищеварительные ферменты, которые в норме должны поступать в кишечник, застаиваются в тканях железы и начинают переваривать их. Каждое из этих осложнений ничего хорошего его пациентке не сулило. В придачу, как следствие всех этих воспалительных процессов, у нее начался сепсис.

- Я помню, как проглотила косточку и уже тогда за столом всем об этом сказала. Все посмеялись, и я тоже. Даже представить себе не могла, что все так обернется: ведь эта случайность могла стоить мне жизни. Я действительно одной ногой была на том свете. Можно сказать, об этой косточке я и думать забыла, но она напомнила о себе спустя некоторое время опоясывающими болями. У меня резко упало давление, температура, наоборот, повышалась, кажется, что у сердца не было сил работать, как и у меня, - рассказывает мне на удивление бодрым голосом уникальная пациентка Султангазиева 71-летняя Кульмира, хотя после сложнейшей операции прошло всего пять дней.

По ее словам, до того, как она обратилась в университетскую клинику "Аманат" МУК, лежала в нескольких больницах, прошла различные обследования, в том числе МРТ. В одной из городских больниц ей сделали диагностическую лапароскопию и поставили диагноз – острый панкреатит. Но назначенное лечение не помогало. Наоборот, женщина чувствовала себя все хуже и хуже.

- Она поступила к нам в реанимацию в тяжелом, декомпенсированном состоянии, при котором нарушенные функции органов и систем перестают компенсироваться защитными механизмами организма. А это, разумеется, приводит в свою очередь к развитию серьезных осложнений. Септический шок и тяжелый интоксикационный синдром усугубляли состояние нашей пациентки, - пояснила анестезиолог-реаниматолог Айжан Аширакманова.

На мой вопрос, почему никто из врачей других больниц не предупредил развития смертельно опасного для женщины состояния, Айжан Аширакманова предположила, что никто из ее коллег, ранее лечивших женщину, не мог предугадать, что всему виной – инородное тело в поджелудочной железе. Думали, что там что-то острое, хирургическое. Скорее всего, во время ревизии на тот момент ничего не увидели. Все симптомы указывали на острый панкреатит, это подтвердила и диагностическая лапароскопия. Такой диагноз и поставили.

По словам заведующей отделением реанимации и анестезиологии клиники Полины Денисовой, давление у пациентки не поднималось выше 70/40. Женщина в возрасте, с ожирением, у нее не могло быть такого низкого давления, причем резко упавшего. Должна быть какая-то серьезная причина. Низкий уровень давления в данном случае мог возникнуть из-за какого-то острого патологического состояния, которое требовало неотложной помощи.

Врачи начали разбираться в анамнезе и пришли к заключению, что надо провести еще компьютерную томографию, можно даже сказать, настояли на этом обследовании, поскольку родственники больной считали, что ей уже делали МРТ и зачем, дескать, еще и КТ. Но МРТ, как пояснили доктора, не показывает наличие инородных тел, это обследование чаще назначают при подозрении на мягкие образования. А компьютерная томография показывает и образования, и костную структуру, более того, по их словам, они подключили еще и контрастирование для более точного изображения.

В медицине, как считают реаниматологи, нельзя исключать ни один шанс: а вдруг то или иное дополнительное обследование подскажет им путь для спасения больного. Так оказалось и на этот раз. Именно компьютерная томография показала наличие инородного тела в области поджелудочной железы. По словам докторов, они все равно, конечно, обнаружили бы инородное тело, взяв женщину на операцию. Но это была бы другая степень хирургической агрессии, более сложная и рискованная как для больной, так и для них самих. И не известно, выдержала бы ее она, и смогли бы они вывести ее после операции.

- До операции нам удалось немного стабилизировать состояние пациентки. Но она по-прежнему была очень тяжелой. У нас есть своя шкала оценки анестезиологического риска. Состояние женщины оценивалось по четвертой шкале риска. Это говорило о том, что у нас могут возникнуть сложности во время операции, не исключалось и самое худшее. Но и другого выхода спасти больную не было. Мы взяли ее в операционную по жизненным показаниям, - пояснила Айжан Аширакманова.

И здесь в очередной раз проявилась определенная доля отваги и решительности, присущие Расулу Абалиевичу в таких ситуациях. Он всегда использует все возможные шансы, чтобы оказать помощь пациенту, даже если вероятность успеха отнюдь не велика.

По его словам, в глубине брюшной полости нашей больной случилась катастрофа: бушевал мощный воспалительный процесс: разложившаяся ткань желчных протоков и желчного пузыря утратила свои свойства и функции. Содержимое желчного пузыря, в том числе гной, оказалось в брюшной полости, начался перипузырный абсцесс. Сильно страдали печень и поджелудочная железа, протоки которых тоже были воспалены.

Сказать, что врачам было тяжело, значит, ничего не сказать. Султангазиеву, чтобы разобраться в этой катастрофе, не повредив при этом другие органы, пришлось предельно аккуратно работать в этой сложной зоне. С желчным пришлось расстаться без сожаления, поскольку, кроме угрозы, пользы от него уже не было, воспаленный участок брюшной полости очистить и дренировать. И, наверное, не надо даже говорить о том, что любая неточность хирурга могла еще больше усугубить состояние пациентки. Во время операции давление у нее и без того падало до критической отметки и только благодаря реаниматологу Айжан Аширакмановой, которая искусственно поддерживала его, в женщине теплилась жизнь.

В таких сложных ситуациях всегда поражает, даже восхищает то, что, по сути, таких безнадежных больных не распределяют решением "сверху". Их берут в операционную сам Султангазиев и его коллеги.

Вторым этапом развернувшейся в операционной борьбы за жизнь Кульмиры стало удаление злополучной косточки.

- Судя по снимкам КТ, инородное тело из желудка переместилось в поджелудочную железу, но мы не знали его структуру – было оно металлическим или иного происхождения, - пояснил Расул Абалиевич. – Оно не пальпировалось, когда мы вошли в брюшную полость. Только после вскрытия желудка мне удалось пальпировать его и с помощью передвижного рентген-аппарата точно установить, где оно находится, и удалить проглоченную женщиной три месяца назад косточку.

- Спасибо моим спасителям, они всё очень здорово сделали, мне это помогло выжить, - с радостью в голосе сказала Кульмира.

- Вот это "помогло" для нас - самое главное, - сказал Расул Абалиевич, улыбнувшись. – Да и приятно чувствовать себя победителем…

Кстати, на днях женщину выписали домой. А значит, беда миновала.